Безопасность — это одна из трёх ключевых ценностей «Норникеля», наряду с заботой о людях и эффективностью. Для меня безопасность — это наиважнейшая ценность, ведь главный капитал Компании — это люди, и её основная задача — обеспечить безопасные условия труда для каждого работника.
Хочу поделиться своей историей прихода в HSE.
В начале своей карьеры я работал в подрядной организации, где руководство ставило выполнение плановых показателей выше соблюдения правил по безопасности и охране труда. К сожалению, такая политика привела к несчастным случаям, в которых пострадали люди. Одной из главных причин, почему я решил перейти в «Норникель», была именно политика компании в отношении соблюдения правил безопасности на предприятиях.
С первых дней производственной практики на руднике «Заполярный» я заметил, что отношение к соблюдению требований безопасности здесь кардинально отличается от того, что я видел ранее. Руководство и инженерно-технический персонал требовали строгого соблюдения всех правил, особенно Кардинальных. Никто не думал о том, чтобы ускорить процесс за счёт нарушения техники безопасности.
Когда мне доверили исполнять обязанности мастера горного на добычном участке, то пообещал сам себе, что в моей смене не будет нарушений правил безопасности. Я стал примером для своих коллег, строго соблюдая правила и объясняя важность их соблюдения. У меня не было друзей среди работников, и я не стремился быть в чьих-то глазах «любимчиком» или «братом». Вместо этого я стал авторитетом, к которому обращались за советом по безопасному выполнению работ.
Моя жёсткая позиция в отношении соблюдения правил безопасности — как со своей стороны, так и со стороны работников — привела к тому, что руководство рудника доверило мне руководить подземным участком вентиляции. В шахте рудника существует угроза выделения метана, поэтому я сразу осознал, что от моих профессиональных компетенций и принципов будет зависеть сохранение жизни и здоровья трудящихся.
Пришлось «поломать копья» в организации работы подрядчиков: к сожалению, для них важна была прежде всего финансовая прибыль, — на соблюдение правил ПБиОТ у них «не было времени». Да, приостановкой их работ я поставил под угрозу выполнение производственных задач в установленные сроки. Но я с уверенностью могу сказать, что тем самым спас несколько жизней и сохранил здоровье работников подрядных организаций.
Когда руководство этих организаций осознало, что я пришёл на свою должность «всерьёз и надолго», у них не осталось иного выбора, кроме как переосмыслить своё отношение к соблюдению правил ПБиОТ и перестроить свою работу, чтобы соблюдать эти правила.
Прошло пару лет, и руководство рудника поставило передо мной новую задачу — мне доверили исполнять обязанности заместителя главного инженера по производственному контролю. Мне, потомственному горняку в третьем колене, такая трансформация из производственника в сотрудника ПБиОТ сперва была не по душе. Я оказался по другую сторону «баррикад» по отношению к коллегам, с которыми проработал вместе многие годы. И принять то, что из-за своей профессиональной позиции я могу потерять дружбу с некоторыми из них, мне было откровенно тяжело.
Всё дело в том, что я холоден и беспристрастен к мольбам тех, кто грубо нарушает правила безопасности: это относится как к рабочим, так и к инженерно-техническим работникам. Своим принципам я не изменил, но чётко выстроил отношения с коллегами: за рудником мы друзья, на территории рудника — мы коллеги, и личные отношения никак не влияют на рабочие, и наоборот.
Иногда меня спрашивают, почему на руднике «Заполярный» не выявляют нарушений Кардинальных правил. Ответ прост: за такие нарушения следует серьёзное наказание — всеобщее порицание и увольнение. Лучше пусть работники боятся моей реакции на их нарушения, чем осознанно подвергают свою жизнь и здоровье опасности. С этим жизненным кредо я живу и пропагандирую его среди знакомых.
Откровенно говоря, я иногда скучаю по динамическому ритму жизни, который был у меня в годы работы на добычном участке. Сейчас такого адреналина работа мне не даёт, потому что всё стабильно и спокойно. Но есть уверенность в завтрашнем дне: я со своей стороны сделал всё возможное, чтобы работа на руднике по добыче руды проходила максимально безопасно.
Не знаю, как сложится моя карьера в дальнейшем. Возможно, в будущем мне поручат руководить другим направлением производства на руднике, которое не будет связано с производственным контролем. Но я однозначно могу сказать, что мой трудовой путь в направлении ПБиОТ дал мне большой пласт знаний и навыков, воспитал из меня качественного специалиста. Я уверен, что по этой работе буду скучать ещё больше, чем по предыдущей.